Turbo
Активный пользователь
- Регистрация
- 06.06.2025
- Сообщения
- 1 335
- Реакции
- 1 267
- Баллы
- 113
По правде говоря, изначально меня заинтересовало это дело по иным причинам, нежели тем, что вынесены в заголовок: поразительность ошибки апелляционной инстанции, в части признания права на реабилитацию, и отделение коллегией Верховного суда двойного убийства от двух убийств, об этом будет сказано далее, но сначала разберемся с террористами и сбытчиками наркотиками.
Ни для кого не секрет, что в конце девяностых-начале нулевых Москва выполняла функцию не столько рынка сбыта наркотиков типа героин и кокаин сколько перевалочного пункта. При этом бенефициарами сбыта, а иногда и исполнителями, выступали криминальные чеченские диаспоры, которые вырученные деньги направляли на организацию терактов.
В связи с этим обстоятельством и были установлены нынешние размеры и виды наказания для сбытчиков, как действующих в интересах террористов, и потребителей, как опосредовано спонсирующих.
Казалось бы, обстоятельства сменились, нормы сохранились – с этим всё понятно. Но представленное на разбор дело говорит об обратном, пускай и являясь исключением.
Информация:
Инстанция: Первая кассационная – Судебная коллегия Верховного суда РФ.
Ссылка: https://vsrf.ru/lk/practice/stor_pdf/2426852
Состав: председательствующий – Зателепина О.К., судьи – Дубовика Н.П., Шмотикова С.А.
Главное действующее лицо: Иванкин Максим Сергеевич, ранее осужденный, совершеннолетний.
Фигуранты представлены 4 людьми: самим Иванкиным М.С., неустановленным лицом и К., Л.
К сожалению, из документов по делу не ясно в чем заключалась суть террористической группы, совершались ли теракты и остальные небезынтересные факты.
Зато известно, что 1 апреля 2017 году в отношении Иванкина было начато уголовное преследование по сбыту наркотиков в крупном размере.
Ни он, ни другие участники первоапрельской шуткой эту информацию не сочли и скрылись, желая, согласно мнению суда, избежать преследования за сбыт и разоблачения причастности к террористической деятельности с последующим преследованием уже по этому составу.
Из интересного могу отметить, что вышеупомянутые Л. и К. были причастны только к совместному с Иванкиным сбыту наркотиков и были осведомлены о том, что он, Иванкин, вместе с неустановленным лицом состоят в террористической организации.
В связи с общими интересами – не сидеть – они и покинули город проживания такой компанией. Как показало развитие событий, решение глупое, да и в любом случае – террористов ищут активнее, санкции статьи предусматривает наказание вплоть до пожизненного, часть смягчающих не применима, состояние загнанной в угол крысы, всё перечисленное дает благодатную почву для неблагоприятных последствий. Но об этом далее.
Как было отмечено выше, сбытчики наркотиков умом не блистали, что привело не только к решению скрываться от правоохранительных органов в компании террористов, но и сообщить последним о своем желании сдаться.
Террористы сложили два и два: соучастники сбыта знают о местоположении и причастности Иванкина и второго – они хотят сдаться полиции – полиция узнает о местоположении и причастности – Иванкину и второму невыгодно, чтобы полиция узнала указанную информацию.
А поскольку террористы страдали олигофренией в неменьшей степени, чем закладчики, приняли самое простое решение: мертвец показания дать не может.
В четвертом заночевали в лесу: палатки, костер, возможно, шашлыки и водка. На утро Иванкин передал свою «Сайга 12С» второму террористу, сам же взяв необнаруженные ножи и под предлогом собрать хвороста отошел с одним из сбытчиков на 70 метров, где и умертвил путем нанесения колото-резанных ран.
Возвращаясь к месту ночлега, одним лишь своим видом – натурально руки по локоть в крови – Иванкин дал понять второму террористу, что свою часть он выполнил, второй в свою очередь сделал несколько выстрелов из «Сайга 12С» по второму закладчику, далее – нанес несколько ударов ножом в шею.
Что из этого следует:
Закладчики планировали выполнить общественный долг – явиться с повинной и, возможно, изобличить террористов.
Но поскольку второе, как говорится, бабушка надвое сказала – может было бы, а может и нет, обстоятельство по общественному долгу всё же будет в связи с желанием явиться с повинной.
Поэтому квалифицирующий признак по п. «б» в ч. 2 ст. 105 УК (убийство) будет.
Двое виновных выбрали себе по одной цели, то есть непосредственного убили каждый «своего» потерпевшего, при этом в убийстве «чужой» цели участия напрямую не принимали.
Следовательно, квалифицирующий признак, предусмотренный п. «а» ч. 2 ст. 105 УК, убийство двух и более лиц отпадает. Как отпадает и совершение убийства в составе группы, потому что для вменения группы требуется, чтобы, как минимум, двое имели роль исполнителя – совершали действия, непосредственно направленные на совершение преступления, не наш случай: Иванкин – убил «своего» и создал условия для убийства второго, второй террорист – убил «своего», когда Иванкин создал условия для убийства.
Второй по времени труп появился в результате применения в т.ч. огнестрельного оружия «Сайга 12С», которое владелец, Иванкин, передал исполнителю убийства. Следовательно Иванкин стал пособником этого убийства.
Роль пособничества ещё подкрепляется и тем, что Иванкин отвел «своего» для того, чтобы закладчики совместно не смогли оказать активное сопротивление, увидев, что их натурально убивают, следовательно пространственное разделение потерпевших облегчает совершение убийства как Иванкиным, так и вторым террористом.
Из этого следует, что для Иванкина должна следовать ответственность за первое по времени убийство и за второе, но с указанием на ч. 5 ст. 33 УК (пособничество), а наказание назначено по реальной совокупности преступлений, в соответствии с нормами ст. 69 УК.
Так вот, осознавая всю плачевность ситуации, Иванкин заявил ходатайство о проведении суда с участием присяжных заседателей. Ну и закономерно его признали виновным по всему объему обвинения, вынеся соответствующий вердикт, суд первой инстанции приговорил его к 24 годам лишения свободы.
Особый цимес не столько в том, что этот приговор обжаловался и со стороны защиты, и со стороны обвинения, а в том, что это удалось: апелляция исключает из объема обвинения п. «а» (убийство двух и более лиц), п. «ж» (убийство в составе группы) – к этому вопросов почти нет, к чему вопросы есть, так это к тому, что апелляция отделила Иванкина от убийства второго закладчика.
Не смотря на то, что Иванкин причастен к его совершению в роли пособника.
Из интересного можно отметить, что апелляция «оценили» человеческую жизнь – не вменяли второй труп – в 1 год и в таком размере снизили итоговый размер наказания. При этом признала за Иванкиным право на реабилитацию, в связи с тем, что изменился лишь объем обвинения, что не дает право на реабилитацию. Довольно детская ошибка судебной коллегии.
Что касается итоговой квалификации, то, предполагаю, что по первому трупу так и оставят п. «б» ч. 2 ст. 105 УК (убийство лица в связи с осуществлением им общественного долга), а по второму – добавят ссылку на ч. 5 ст. 33 УК (пособн
Ни для кого не секрет, что в конце девяностых-начале нулевых Москва выполняла функцию не столько рынка сбыта наркотиков типа героин и кокаин сколько перевалочного пункта. При этом бенефициарами сбыта, а иногда и исполнителями, выступали криминальные чеченские диаспоры, которые вырученные деньги направляли на организацию терактов.
В связи с этим обстоятельством и были установлены нынешние размеры и виды наказания для сбытчиков, как действующих в интересах террористов, и потребителей, как опосредовано спонсирующих.
Казалось бы, обстоятельства сменились, нормы сохранились – с этим всё понятно. Но представленное на разбор дело говорит об обратном, пускай и являясь исключением.
Информация:
Инстанция: Первая кассационная – Судебная коллегия Верховного суда РФ.
Ссылка: https://vsrf.ru/lk/practice/stor_pdf/2426852
Состав: председательствующий – Зателепина О.К., судьи – Дубовика Н.П., Шмотикова С.А.
Главное действующее лицо: Иванкин Максим Сергеевич, ранее осужденный, совершеннолетний.
Фигуранты представлены 4 людьми: самим Иванкиным М.С., неустановленным лицом и К., Л.
К сожалению, из документов по делу не ясно в чем заключалась суть террористической группы, совершались ли теракты и остальные небезынтересные факты.
Зато известно, что 1 апреля 2017 году в отношении Иванкина было начато уголовное преследование по сбыту наркотиков в крупном размере.
Ни он, ни другие участники первоапрельской шуткой эту информацию не сочли и скрылись, желая, согласно мнению суда, избежать преследования за сбыт и разоблачения причастности к террористической деятельности с последующим преследованием уже по этому составу.
Из интересного могу отметить, что вышеупомянутые Л. и К. были причастны только к совместному с Иванкиным сбыту наркотиков и были осведомлены о том, что он, Иванкин, вместе с неустановленным лицом состоят в террористической организации.
В связи с общими интересами – не сидеть – они и покинули город проживания такой компанией. Как показало развитие событий, решение глупое, да и в любом случае – террористов ищут активнее, санкции статьи предусматривает наказание вплоть до пожизненного, часть смягчающих не применима, состояние загнанной в угол крысы, всё перечисленное дает благодатную почву для неблагоприятных последствий. Но об этом далее.
Как было отмечено выше, сбытчики наркотиков умом не блистали, что привело не только к решению скрываться от правоохранительных органов в компании террористов, но и сообщить последним о своем желании сдаться.
Террористы сложили два и два: соучастники сбыта знают о местоположении и причастности Иванкина и второго – они хотят сдаться полиции – полиция узнает о местоположении и причастности – Иванкину и второму невыгодно, чтобы полиция узнала указанную информацию.
А поскольку террористы страдали олигофренией в неменьшей степени, чем закладчики, приняли самое простое решение: мертвец показания дать не может.
В четвертом заночевали в лесу: палатки, костер, возможно, шашлыки и водка. На утро Иванкин передал свою «Сайга 12С» второму террористу, сам же взяв необнаруженные ножи и под предлогом собрать хвороста отошел с одним из сбытчиков на 70 метров, где и умертвил путем нанесения колото-резанных ран.
Возвращаясь к месту ночлега, одним лишь своим видом – натурально руки по локоть в крови – Иванкин дал понять второму террористу, что свою часть он выполнил, второй в свою очередь сделал несколько выстрелов из «Сайга 12С» по второму закладчику, далее – нанес несколько ударов ножом в шею.
Что из этого следует:
Закладчики планировали выполнить общественный долг – явиться с повинной и, возможно, изобличить террористов.
Но поскольку второе, как говорится, бабушка надвое сказала – может было бы, а может и нет, обстоятельство по общественному долгу всё же будет в связи с желанием явиться с повинной.
Поэтому квалифицирующий признак по п. «б» в ч. 2 ст. 105 УК (убийство) будет.
Двое виновных выбрали себе по одной цели, то есть непосредственного убили каждый «своего» потерпевшего, при этом в убийстве «чужой» цели участия напрямую не принимали.
Следовательно, квалифицирующий признак, предусмотренный п. «а» ч. 2 ст. 105 УК, убийство двух и более лиц отпадает. Как отпадает и совершение убийства в составе группы, потому что для вменения группы требуется, чтобы, как минимум, двое имели роль исполнителя – совершали действия, непосредственно направленные на совершение преступления, не наш случай: Иванкин – убил «своего» и создал условия для убийства второго, второй террорист – убил «своего», когда Иванкин создал условия для убийства.
Второй по времени труп появился в результате применения в т.ч. огнестрельного оружия «Сайга 12С», которое владелец, Иванкин, передал исполнителю убийства. Следовательно Иванкин стал пособником этого убийства.
Роль пособничества ещё подкрепляется и тем, что Иванкин отвел «своего» для того, чтобы закладчики совместно не смогли оказать активное сопротивление, увидев, что их натурально убивают, следовательно пространственное разделение потерпевших облегчает совершение убийства как Иванкиным, так и вторым террористом.
Из этого следует, что для Иванкина должна следовать ответственность за первое по времени убийство и за второе, но с указанием на ч. 5 ст. 33 УК (пособничество), а наказание назначено по реальной совокупности преступлений, в соответствии с нормами ст. 69 УК.
Так вот, осознавая всю плачевность ситуации, Иванкин заявил ходатайство о проведении суда с участием присяжных заседателей. Ну и закономерно его признали виновным по всему объему обвинения, вынеся соответствующий вердикт, суд первой инстанции приговорил его к 24 годам лишения свободы.
Особый цимес не столько в том, что этот приговор обжаловался и со стороны защиты, и со стороны обвинения, а в том, что это удалось: апелляция исключает из объема обвинения п. «а» (убийство двух и более лиц), п. «ж» (убийство в составе группы) – к этому вопросов почти нет, к чему вопросы есть, так это к тому, что апелляция отделила Иванкина от убийства второго закладчика.
Не смотря на то, что Иванкин причастен к его совершению в роли пособника.
Из интересного можно отметить, что апелляция «оценили» человеческую жизнь – не вменяли второй труп – в 1 год и в таком размере снизили итоговый размер наказания. При этом признала за Иванкиным право на реабилитацию, в связи с тем, что изменился лишь объем обвинения, что не дает право на реабилитацию. Довольно детская ошибка судебной коллегии.
Что касается итоговой квалификации, то, предполагаю, что по первому трупу так и оставят п. «б» ч. 2 ст. 105 УК (убийство лица в связи с осуществлением им общественного долга), а по второму – добавят ссылку на ч. 5 ст. 33 УК (пособн