«Куда пропали все спортики?». Как подростки в надежде на легкий заработок получают тяжелые обвинения в диверсиях на железной дороге
Почти каждую неделю силовики отчитываются о задержании подростков за поджоги на железной дороге. Такие дела квалифицируют как терроризм или диверсию, а мотивом называют политическую ненависть. Хотя на самом деле зачастую речь идет о попытке легко (на первый взгляд) заработать: устроить поджог в безлюдном месте и остаться не пойманными. Такую «подработку» запросто можно найти на форумах для «спортиков».
Из-за того что судебные процессы над несовершеннолетними проходят в закрытом режиме, узнать подробности трудно. В итоге истории подростков, обвиняемых в диверсиях, нередко сводятся к двум новостям: о задержании и многолетнем сроке.
Неспортивное поведение
Работа, которую искали на сайте Ярослав с друзьями, была необычной и подразумевала разные незаконные поручения: пригрозить должнику, испортить автомобиль, разбить окно или кого-то избить. По-простому такая деятельность называется работой «спортиком», за нее обычно берутся крепкие молодые люди, которые хотят быстро и без особых хлопот раздобыть денег.
Сами такие подработки начали распространяться в 2010-х — вместе с ростом анонимных форумов в даркнете, которые выступали чем-то вроде биржи труда. Позже в них стали использовать криптовалюту как один из способов анонимной оплаты.
Иногда «спортиков» нанимают , чтобы припугнуть наркокурьеров, решивших оставить себе взятый на реализацию товар. Например, в Архангельске они развешивали объявления с фотографиями паспортов предполагаемых наркоторговцев и подписями вроде «Барыга»; предположительно, это была месть от бывших бизнес-партнеров.
Полномасштабное вторжение в Украину повлияло и на эту сферу: силовики — то ли российские, то ли украинские — тоже обратили внимание на крепких парней, готовых взяться за опасную работу. «Спортиков» стали активно привлекать к разным поджогам, которые Следственный комитет и ФСБ потом представляли как диверсии по заказу Киева.
Это обсуждали и на форуме *****
:пользователей беспокоило, что мелкий криминал, прежде далекий от политики, теперь нередко соседствовал с диверсиями, терактами, спецслужбами и большими сроками. В одной из таких тем участвовал и пользователь под ником «Новгородский пират», который в 2023 году активно отвечал на объявления о поисках работы в Омске и Казани и предлагал соискателям писать ему в телеграме.
Один из форумчан возмущался: «Вы серьезно верите, что телеграм не читается и не ломается при желании?) Админов чатов спокойно вычисляют и бутылят уже сколько лет, а вы туда бежите, вместо теневых форумов или жабы)».
«Пират» парировал, что «при наличии ресурса ломается все», но, «соблюдая определенные правила, в тг можно общаться относительно безопасно».
Эта переписка датирована концом 2024 года. Очевидно, собеседники «Новгородского пирата» и не знали, что к тому моменту были задержаны уже как минимум две группы, выполнявшие его заказы.
Примерно в то же время на форуме появилось обсуждение «Куда пропали все спортики?». Автор жаловался, что стало трудно найти надежных исполнителей.
«Наказание несоразмерно оплате. Одно дело ногу сломать.. А другое дело, когда за банальный поджог (порча имущества) шьют статью терроризм. А там срока такие, что на одной ноге не получится отстоять. Билет в один конец», — отвечал ему один из пользователей.
Так все чаще и происходило. В апреле 2-й Западный окружной военный суд вынес приговор четверым молодым людям и девушке, обвиняемым в поджоге вертолета и релейного шкафа в Подмосковье. Один из них, 22-летний Станислав Хамидуллин, говорил, что вместе с остальными искал подработку «спортиком».
Задание он получил в телеграм-группе «Легкие деньги», за уничтоженный вертолет ему пообещали 3 млн рублей. «Уже мечты были», — признавался молодой человек в суде. Поджоги он и его друзья снимали на видео, как просил заказчик; позже эти кадры появились в украинских СМИ с логотипом Главного управления разведки Украины.
Вертолет сгорел дотла, релейный шкаф, который они подожгли, оказался нерабочим. Всей группе вменили статьи о теракте и диверсии и назначили от 12,5 до 18 лет лишения свободы.
Защита 19-летнего срочника, чье дело сейчас рассматривает военный суд в Екатеринбурге, тоже утверждает, что заказ на поджог релейного шкафа он нашел на ресурсе для «спортиков»: якобы его разместила компания, которая занимается ремонтом оборудования.
Вполне возможно, что когда он брался за работу, заказчик действительно уверял, что она не имеет никакого отношения к войне: недальновидных «спортиков» нередко убеждают, что поджог нужен для получения страховки.
Зачитывая обвинительное заключение по делу срочника, прокурор отмечал, что украинская разведка и ВСУ пользуются такими группами, чтобы находить исполнителей диверсий «в целях подрыва экономической безопасности и обороноспособности» России.
Сообщества «спортиков», говорил гособвинитель, «оказывают различного рода противоправные услуги: обливание зеленкой, избиение (в том числе до инвалидности), наказания любого характера, переломы рук и ног, отрезание пальцев, устранение конкурентов, изнасилование, поджоги любой сложности, иные услуги индивидуального характера».
В материалах дела указано, что для вступления в такие группы требовался взнос: свердловскому срочнику, которому теперь грозит больше 10 лет заключения, это стоило 1489 рублей.
Иллюстрация: Мария Толстова / Медиазона
Похожим образом, через объявление о «работе для спортиков», нашли заказ на поджог электровоза двое вологодских школьников. Военный суд признал их виновными в теракте: 17-летнему Космосу Неволайнену назначили шесть лет лишения свободы, а его 16-летнему приятелю Павлу Хазову — девять. Он получил больший срок из-за еще одного эпизода — поджога сотовой вышки.
Поджоги в Лобне и Домодедово
Первое задание от «Новгородского пирата» Ярослав Кулигин получил 9 октября 2023 года, в нем говорилось о поджоге электрички: «Продавец обязан в течении 4 суток с момента перевода Покупателем денежных средств Гаранту совершить поджог рабочего локомотива (дальше — объект): окно кабины локомотива должно быть разбито, кабина внутри облита бензином и подожжена».
Сделка проходила через автоматический форумный гарант — сервис, который хранил деньги до выполнения задания. По условиям, исполнитель должен был снять пожар на видео и показать в кадре условный знак — скрещенные указательный и средний пальцы.
В других делах, связанных с поджогами, заказчики тоже просили, чтобы в кадре с горящим объектом исполнители показывали определенный жест рукой. У свердловского срочника это был «пистолет». Такой же знак показывал вологодский школьник на фоне горящего электровоза. В деле о поджоге вертолета в Подмосковье один из фигурантов демонстрировал «козу». В других случаях это был жест «джамбо» — с оттопыренными мизинцем и большим пальцем.
В переписке с заказчиком Кулигин пытался уточнить детали.
— Тревожит слово локомотив, речь ведь о головном вагоне электрички? — уточнял Ярослав.
— Да, электровоз это тоже локомотив, — объяснял «Новгородский пират».
Уже на следующий день, 10 октября, Ярослав отправил заказчику видео поджога электрички в депо подмосковной Лобни и отчитался: «Доброй ночи задание выполнил». Вскоре на его карту Сбербанка поступило около 100 тысяч рублей.
Этот поджог он устроил вместе с Евгением Назаренко, тем самым, которого во время задержания силовики били каской. Они купили бутылку растворителя
White Spirit и сделали из него что-то вроде коктейля Молотова. Один из приятелей камнем разбил окно в кабине электровоза и бросил туда горящую бутылку, второй снимал видео и показывал нужный жест. После этого они разъехались.
Меньше чем через две недели Ярослав получил новое задание от того же «Новгородского пирата». 21 октября он и Назаренко пробрались в депо Домодедово и вновь подожгли электричку, за это им заплатили еще около 100 тысяч рублей. Примерно через месяц Кулигин попытался выполнить следующее задание уже в одиночку: он хотел поджечь еще одну кабину локомотива в том же депо, но убежал после того, как его заметил охранник.
Пару дней спустя, 22 ноября, Евгений Назаренко приехал в Домодедово, чтобы выполнить очередной заказ «Новгородского пирата». Город он знал плохо, поэтому по просьбе общих приятелей проводить его к железной дороге вызвался 16-летний Никита Алексеенко; по словам подростка, тогда они были едва знакомы. Тем не менее, когда Назаренко предложил помочь ему с поджогом релейного шкафа, пообещав 5 тысяч рублей, Алексеенко согласился: в тот день у его матери был день рождения, а у него не было денег на подарок.
По версии следствия, тогда подростки подожгли не только шкаф, но и трансформаторную подстанцию в районе станции Домодедово — сам Алексеенко на допросах ее не упоминал. Кроме того, в ту же ночь, как следует из материалов дела, Назаренко поджег снегоуборочную машину в подмосковной Кашире.
Сам Кулигин в этих поджогах не участвовал, но его обвинили в координации. Сначала он отрицал свою причастность, да и Назаренко на допросах утверждал, что действовал по собственной инициативе, но из их переписки следователи сделали вывод, что Ярослав давал другу указания. В имеющихся у «Медиазоны» материалах есть два скриншота, по которым можно предположить, что Кулигин объяснял Назаренко, что именно нужно поджечь. Из-за этих сообщений «отрицать все стало бесполезно», говорит адвокат Игорь Волчков, защищающий Ярослава.
Через несколько часов после последних поджогов 22 ноября силовики ворвались в квартиру Кулигина и задержали подростков. Уже к утру у следователей были признательные показания Кулигина, Назаренко и Алексеенко.
