Звонит мне как-то в десятом часу вечера управляющая одного хорошего ресторана. хорошего настолько, что сейчас сами поймёте, насколько.
А я уже уработанная до той степени, при которой кажется, будто в голове совсем не осталось мозгов.
Ветер, бумажки с окурками летают, шампиньоны растут, в углу призрак мамы жениха языком укоризненно цокает.
Звонит в эту вечернюю пустоту сверхответственная женщина и начинает клиентоориентированно нагнетать:
- У вас же завтра в меню стерлядь целая на соляной подушке запланирована, и представьте, какое горюшко - не оказалось у нас целой! Только тушка! Она без головы!!
- Мнэмнэ... - реагирую я, вяло пошевелив окурками и шампиньонами.
Мне и без стерляди нелегко было, а тут ещё и она без головы.
Ну и в чем горе - тоже не до конца ясно.
Если бы на складе была голова без тушки - это, конечно, перед гостями неудобненько.
А тушка без головы - вполне себе ничего, особенно если ей через таможню проходить и паспорт с лицом предъявлять не надо.
Или свадьбу на сто гостей организовывать.
- Но в меню стерлядь ЦЕ ЛА Я! Гости будут ждать ЦЕЛУЮ, а у нас БЕЗ ГОЛОВЫ! То есть, ВООБЩЕ без головы!! - продолжает убиваться об ровное место управляющая.
- Ну и что. Многие так всю жизнь живут, тушкой, - отвечаю и внутренне смеюсь.
Представляю, как гости прямо сейчас ждут целую стерлядь.
изо всех сил, аж не спят от нервного предвкушения.
Все сто человек.
- Но мы придумали! - перебивает управляющая и тоже счастливо смеётся, - Мы к тушке прикрепим голову другой рыбы!
и я даже не успеваю начать снова дышать, как она добавляет:
- Правда, у нас есть только сибас!
Кто не знаком со стерлядью и сибасом лично, сходите в гугл-картинки.
Это как если Ванечке Петрову предложить пересадить нос и брови Вано Петраняна и убеждать, что это всё - тоже вылитая стерлядь.
Потому я засмеялась уже прям вслух и сказала управляющей, что с номером «Голова сибаса» она может работать стендап.
- Ну почему же стендап? - обиделась управляющая, - Наш кондитер сибасу лицо подкрасит!
И вот тут, я резко перестала смеяться.
Потому, что ведь подкрасит.
Потому, что ведь не шутит.
Добрая Веда