Искра, зажигающая мысль

[w1loe]

Здесь собираем короткие истории и притчи — такие, которые дают повод задуматься.
Ничего сложного, просто мысли, которые могут что-то поменять внутри

 

[w1loe]

Сильная притча о пустых жалобах

Однажды человек шел мимо некоего дома и увидел старушку в кресле-качалке, рядом с ней качался в кресле старичок, читающий газету, а между ними на крыльце лежала собака и скулила, как будто бы от боли. Проходя мимо, человек про себя удивился, почему же скулит собака.

На следующий день он снова шел мимо этого дома. Он увидел престарелую пару в креслах-качалках и собаку, лежащую между ними и издающую тот же жалобный звук.

Озадаченный человек пообещал себе, что, если и завтра собака будет скулить, он спросит о ней у этой пары.

На третий день на свою беду он увидел ту же сцену: старушка качалась в кресле, старичок читал газету, а собака лежала на своем месте и жалобно скулила.

Он больше не мог это выносить.

— Извините, мэм, — обратился он к старушке, — что случилось с вашей собакой?

— С ней? — переспросила она. — Она лежит на гвозде.

Озадаченный ее ответом человек спросил:

— Если она лежит на гвозде и ей больно, почему она просто не встанет?

Старушка улыбнулась и сказала приветливым ласковым голосом:

— Значит, голубчик, ей больно настолько, чтобы скулить, но не настолько, чтобы сдвинуться с места...

В этом есть правда: мы часто ноем о том, что нас достало, что надо что-то менять, но при этом ничего не делаем. Вместо того, чтобы хотя бы «встать»!

 

[w1loe]

Притча о волшебнике и овцах.

На поляне, среди огромного леса, жил-был волшебник, у которого было большое стадо овец. Каждый день он съедал одну овцу из стада. Овцы причиняли волшебнику много беспокойства — они разбегались по лесу, и ему приходилось тратить очень много времени на то, чтобы поймать одну овцу, а других снова собрать в стадо. Конечно же, овца, которую он собирался убить, чувствовала это и начинала отчаянно сопротивляться, и ее крики пугали других.
И тогда волшебник решил придумать такую хитрость – он поговорил с каждой овцой наедине, и каждой что-то внушил. Одной он сказал: «Ты не овца, ты такой же человек, как и я. Тебе нечего бояться, ведь я убиваю и съедаю только овец, но ты единственный человек в этом стаде и значит — мой лучший друг».
Второй он сказал: «Почему ты убегаешь от меня, как другие овцы. Ты же львица и тебе нечего бояться. Я убиваю только овец, а ты мой друг».
Третьей он внушил: «Послушай, ты не овца, ты волчица. Волчица, которую я уважаю. Я, как и раньше, буду продолжать убивать ежедневно одну овцу из стада, но волчице, лучшему другу волшебника, нечего бояться».
Таким образом, он поговорил с каждой из овец и каждой внушил, что она не овца, а совершенно другое животное, которое отличается от всех остальных овец в стаде. После этого разговора поведение овец полностью изменилось – они совершенно спокойно паслись и больше никогда не убегали в лес. И когда волшебник убивал очередную овцу, они думали: «Ну вот, убили ещё одну овцу, а мне — льву, волку, человеку, лучшему другу волшебника, нечего бояться».
И даже овцы, которых он убивал, перестали сопротивляться. Он просто подходил к одной из них и говорил: «О, мой лучший друг, мы давно не общались. Пойдем ко мне на двор. Мне нужно с тобой посоветоваться по поводу стада овец». И овца с гордостью шла за волшебником на двор. И там он действительно спрашивал у своего лучшего друга, как идут дела в стаде. Жертва с радостью рассказывала ему обо всем, а потом волшебник убивал ее. Поскольку смерть наступала мгновенно, то овца ничего не успевала понять.
Волшебник был очень доволен — он высоко поднял самооценку каждой из овец, в итоге они перестали забивать себе голову мыслями о неизбежной смерти, стали менее невротичны, наслаждались жизнью и спокойно щипали траву, в результате чего их мясо стало значительно вкуснее. На протяжении многих лет волшебник легко управлялся с огромным стадом, и самое интересное, что остальные овцы стали ему помогать — если какая-нибудь слишком сообразительная овца начинала догадываться об истинном положении вещей, то остальные овцы... ну, то есть львы, люди, волки — лучшие друзья волшебника, сообщали ему о странном поведении этой овцы, и на следующий день волшебник с удовольствием ее съедал.

 

[w1loe]

Про ангела и кота


– Мир тебе, – ласково сказал Ангел, присаживаясь рядом с Котом на толстую ветку и стряхивая с неё снег.
– Привет, – Кот приоткрыл зелёный глаз, лениво оглядел Ангела и отвернулся. Ангел спрятал под крыльями босые ноги и посмотрел вниз. Под ними лежал белый двор, полный смеха, визга, летающих снежков и скрипа шагов.
– Высоко ты забрался, – сказал Ангел, оценивая расстояние до земли.
– Зато сюда даже Сашкин снежок не долетит.
Ангел понимающе кивнул и подобрал опущенные крылья. Помолчали.
– А ты что, за моей старушкой явился? – не поворачивая головы, спросил Кот. Голос его был такой же ленивый, но Ангел сразу увидел, как сгустилась вокруг него боль и тревога.
– Нет, я ни за кем.
– А! – Облачко тревоги поредело.
– Она каждый день говорит, что скоро Ангел её заберёт, — счёл нужным объяснить Кот.
– Видно, другой прилетит… Опять помолчали. Но, видимо, Кота всё же беспокоило присутствие Ангела, и он как можно равнодушнее спросил:
– А ты сюда зачем?
– Да так, отдохнуть присел. Парнишку одного в вашем городе от него же самого спасал. Ох, и трудная это работа! Теперь домой лечу.
– Так ты, это… и от болезни можешь?
– Смотря какая болезнь. Но многое могу. Хранитель я.
– Так чего же ты тут расселся?! – взревел вдруг Кот.
– А ну пошли! И он рыжим вихрем слетел на землю. Ангел тихо приземлился рядом.
Старушка была такая худенькая, что Ангел не сразу разглядел её среди белых подушек. Глаза старушки были закрыты, а грудь ходила ходуном, заполняя всю комнату хрипом, свистом и всхлипами. Ангел наклонился над нею, положил на грудь белые крылья и стал что-то шептать – ласково и тихо. Пока он так стоял, Кот подбросил в печку дров, подвинул на плиту остывший чайник и поставил большую кружку с молоком, сыпанув в неё какой-то травы – готовил питьё для хозяйки.
Когда Ангел разогнулся, дыхание старушки было ровным и тихим, впалые щёки порозовели.
– Пусть поспит, – сказал он Коту.
– Ослабла она сильно.
Кот отвернулся и быстро вытер глаза.
Старушка спала, а Кот и Ангел пили чай, и Кот всё подливал в свой чай сливки, а Ангел улыбался, глядя на него.
– Я, наверное, останусь пока у вас, — сказал он, размешивая мёд,
— Пока Михайловна не встанет.
– А ты откуда знаешь, что она Михайловна?
– Я же Ангел. Я и то знаю, что тебя Чарликом зовут.
– Значит, вроде познакомились, – хмыкнул Кот.
– А тебя как величать?
– А у нас имён нет. Просто Ангел.
Кот молча подвинул ему сливки и прихлебнул из кружки.
Тикали над столом ходики, трещали в печке дрова, за окном усиливался ветер. – Вот ты спрашивал, зачем я высоко залез, – усмехнулся вдруг Кот.
– Выходит, тебя ждал.
– И задумчиво добавил, прислушиваясь к ветру:
– Носки тебе связать надо. Что ж ты босиком-то по снегу?..

 

[w1loe]

Стих притча Уродливый кот

Когда-то давно жил я в стареньком доме.
С тех пор пролетел не один уже год.
И всем его жителям было известно
Насколько уродлив был местный наш кот.

Уродливый кот был всегда узнаваем –
Он был одноглазый и с ухом одним.
И знал он, как трудно на свете бывает,
Когда ты один и никем не любим.

Оторванный хвост, и поломана лапа
Срослась под каким-то неверным углом.
И множество шрамов.. А был он когда-то
Приятным на вид полосатым котом.

Кота никогда и никто не касался.
Бутылки и камни бросали в него.
Водой ледяной поливали из шланга.
Пытаясь прогнать со двора своего.

И лапы ему защемляли дверями,
Когда он пытался войти в чей-то дом.
Страдая от боли, зализывал раны
Уже много раз он под чьим-то окном.

Но все удивлялись, насколько отважен
Был этот невзрачный уродливый кот.
И если из шланга его поливают –
Он мокнет покорно, но не отойдёт.

И даже когда в него что-то бросали,
Он тёрся о ноги о ласке прося.
Увидев детей, он бросался за ними.
Мечтал о заботе, да только вот зря..

Не мог он понять, почему в целом мире
Не встретить того, кто бы смог приютить.
И хоть он уродлив и грязен снаружи,
Но с чистой душой и умеет любить.

Однажды кота покусали собаки,
Что жили напротив в соседнем дворе.
Послышался лай и о помощи крики.
Спустился я вниз – кот лежал на земле..

Уродливый кот был ужасно искусан,
Всё тело в крови. Он почти умирал.
Пытаясь укрыться от страха и боли,
Свернувшись в клубок, неподвижно лежал.

Он знал - наступает конец грустной жизни.
И след от слезы пересёк его лоб.
Я нёс его в дом, он хрипел, задыхался.
Мне стало вдруг плохо, меня бил озноб..

Я чувствовал то, как ему было больно.
И как тяжело ему просто вздохнуть.
Но вдруг он к лицу моему потянулся
И робко меня попытался лизнуть.

От слёз задыхаясь, к нему я прижался.
Прильнул он к ладони моей головой.
Его добрый глаз вдруг ко мне повернулся –
И кот замурлыкал, почти неживой..

И даже сквозь самые сильные боли
Просил этот кот лишь о капле любви.
О капле сочувствия, что в этой жизни
Мы доброе сердце сберечь не смогли.

Я в этот момент неожиданно понял,
Что самый красивый и любящий тот,
Кто смотрит сейчас на меня, умирая,
Обычный уродливый уличный кот.

Впервые он чувствовал чью-то заботу.
Нашёл он того, кто сумел полюбить.
И счастлив, что встретил того, кто смягчает,
А не пытается боль причинить…

Он умер чуть раньше, чем мы были дома.
Я сел у подъезда с котом на руках.
Держал его долго, пока не стемнело.
В душе поселились тревога и страх.

Ведь я осознал, что несчастный калека
Меня изменил за один только миг.
Он мне сообщил о страдании больше,
Чем тысячи лекций, уроков и книг.

Он мне расцарапал не тело, а душу.
И пусть в моей жизни немало забот,
Но я к одному только буду стремиться -
Учиться любить как Уродливый Кот...

 

[w1loe]

Притча ЧЕТЫРЕ ГОЛУБЫЕ ЛЕНТОЧКИ

Преподавательница университета на одной из пар объявила своим студентам об эксперименте, участниками которого должны были стать они все. Она раздала каждому по четыре голубые ленточки, которые были сколоты в форме бантика, на каждой из них было написано: «Ты очень важен для меня», и попросила, чтобы каждый приколол одну ленточку себе на одежду, потому что каждый студент — важный и значимый человек в ее жизни. Когда все студенты сделали то, о чем их попросили, преподавательница предложила всем подумать о том, кто для них наиболее важный и значимый в жизни человек, чтобы каждый вручил вторую ленточку ему. Потом необходимо было рассказать избраннику об эксперименте и попросить продолжить его, передать оставшиеся две ленточки, чтобы уже следующий участник отдал их человеку, наиболее значимому в его жизни.

Ожидаемый результат — проследить, как маленькая деталь может влиять на людей. Озадаченные ученики вышли из аудитории, размышляя над тем, кому отдать свои ленточки. Кто-то думал отдать их одному из родителей, кто-то брату, сестре, возлюбленному… Из этой группы студентов только один был иногородний. Он не мог отдать ленточки родным или близким. Всю ночь он думал над полученным заданием, и только к утру решил от дать свои ленточки другу, именно он посоветовал ему поступить в университет и при возникновении любых трудностей в освоении предметов помогал ему разобраться, объяснял, поддерживал. Наконец-то решение было принято!

После занятий он пошел на работу к своему другу. Тот был удивлен его появлением без предварительной договоренности, он решил, что произошло что-то плохое, и попросил объяснить, что случилось. Студент рассказал о причине своего визита, вручил другу три ленточки и попросил одну из них надеть на лацкан пиджака. «Я далеко от дома, и в этом большом городе самый близкий и значимый человек для меня это ты», — объяснил он свой поступок. Смущенный и тронутый молодой человек, ранее не испытывавший подобного внимания от других, пообещал, что продолжит эксперимент и расскажет о результатах. Студент ушел, его друг остался на работе, а когда собирался уходить домой, ему пришла в голову рискованная идея — отдать две оставшиеся ленточки своему шефу, человеку очень строгому, досконально владеющему своей профессией и всегда занятому.

Секретарь сказала, что шеф примет его, когда освободится. Молодой человек ждал, пока его не пригласили войти. Своего босса он застал за чтением новых проектов, его стол был завален бумагами. — Чего желаете? — напрямую спросил начальник. Молодой служащий, заикаясь от страха, объяснил причину своего прихода и показал две голубые ленточки. Шеф очень удивился и спросил: — Почему вы решили, что я подхожу для того, чтобы отдать эти ленточки мне? Подчиненный ответил, что восхищается его энтузиазмом, самоотдачей и способностью расширять бизнес, что он научился многому и гордится тем, что может работать рядом с таким человеком. Шеф с большим сомнением принял две голубые ленточки, не так часто за время пребывания на этом посту ему приходилось выслушивать искренние слова восхищения и благодарности. Он надел одну из них на грудь, а другую спрятал в карман. Его молодой служащий попрощался и вышел.

Рабочий день закончился. Растерянный, озадаченный и смущенный шеф в этот день нарушил свой распорядок — сидеть допоздна на работе — и вовремя ушел домой. Его жена удивилась раннему возвращению мужа и спросила, что случилось. Муж ответил, что все в порядке, что сегодня он просто хотел провести время со своей семьей, чем еще больше удивил свою жену, потому что обычно он возвращался домой в плохом настроении. Шеф спросил: — Где наш сын. Жена позвала мальчика. Сын спустился, и отец попросил: — Составь мне компанию. И мать и сын были растеряны, так как отец семейства не привык тратить свое драгоценное время на семью. Отец и сын вышли на крыльцо и сели на ступеньку.

Отец внимательно посмотрел на сына, который смотрел на него с затаенной грустью. Мужчина говорил о том, что все понимает и знает, что не был рядом когда сын нуждался в нем, что он решил измениться и больше бывать с семьей, потому что сын и его мама — самые нужные и важные люди в его жизни. Он рассказал о молодом подчиненном и, прикрепляя ленточку с надписью: «Ты очень важен для меня» к футболке сына добавил: — Я долго думал и понял, что могу отдать эту ленточку только тебе, потому что ты — самое главное, что есть у меня, самое ценное и самое святое. День, когда ты родился, был самым счастливым днем в моей жизни. Я горжусь тобой.

Сын со слезами на глазах обнял отца: — Папа! Я не знаю, что сказать. Я думал, что я тебе не нужен! Я люблю тебя, папа! Прости меня! Они сидели рядом, обнявшись, и оба плакали… Эксперимент оказался удачным. Он помог изменить не одну жизнь, потому что каждый участник просто высказал вслух то, что чувствовал. В нашей власти облечь свои чувства в слова и сказать другому человеку, насколько он важен для нас, любим и значим.

 

[w1loe]

Притча о наших планах
На одном из холмов росли три дерева. Однажды они разговорились о своих надеждах и мечтах. Первое дерево сказало: «Когда-нибудь я хотело бы стать ящиком для сокровищ. Меня заполнили бы золотом, серебром и драгоценными камнями. Меня украсили бы резьбой, и каждый бы видел мою красоту». Второе дерево сказало: «Я хотело бы стать мощным кораблем. Я перевозило бы царей и цариц по волнам во все уголки земли. Все чувствовали бы себя в безопасности из-за моей прочности». Третье дерево сказало: «Я хотело бы вырасти и стать самым мощным и высоким деревом в лесу. Люди бы видели меня на вершине холма, любовались бы моими ветвями и думали бы о Боге и о том, как близко я к Нему. Я стало бы самым великим деревом всех времен и народов, и люди всегда бы помнили меня». Через несколько лет их молитв, за свои мечты пришли лесорубы. Один подошел к первому дереву, сказав: «Это прочное дерево, наверное, я смогу продать его плотнику», и начал его рубить. Дерево было счастливо, потому что плотник мог сделать из него ящик для сокровищ! У второго дерева лесоруб сказал: «Это прочное дерево, я смогу продать его строителям кораблей». Второе дерево обрадовалось, потому что оно было на пути к осуществлению своей мечты. Когда лесорубы подошли к третьему дереву, оно испугалось, потому что если его срубили бы, то мечта бы не сбылась. Один из лесорубов сказал: «Мне не нужно какое-то особенное дерево, я возьму это» и срубил его. Плотники сделали из первого дерева кормушку для скота. Его поставили в хлев и наполнили сеном. Это было совсем не то, за что оно молилось! Из второго дерева сделали маленькую рыбацкую лодку. Его мечты стать мощным судном и перевозить царей разрушились. Из третьего дерева сделали заготовку и оставили ее лежать в темноте. Прошли годы, и деревья забыли про свои мечты. И однажды в хлев пришли мужчина и женщина. Она родила младенца, и его положили в сено в кормушке для скота, сделанной из первого дерева. Мужчина хотел бы, чтобы для ребенка была детская кроватка, но получилось то, что получилось. И вдруг дерево поняло всю важность этого рождения и то, что в нем лежит самое большое сокровище всех времен и народов! Через несколько лет группа людей плыла в рыбацкой лодке, сделанной из второго дерева. Один из них устал и уснул. Пока они плыли, начался сильный шторм, такой, что дерево уже не думало, что лодка достаточно прочная, чтобы все были в безопасности. Тогда люди разбудили спящего, он встал и сказал: «Успокойся!», и шторм перестал. И тут дерево осознало, что оно в своей лодке перевозило Царя царей! И однажды кто-то пришел к третьему дереву. Его несли по улицам, и люди плевали в того, кто его нес. Когда они остановились, человека прибили к дереву и подняли вверх, чтобы он умер на вершине холма. Когда наступило воскресенье, дерево поняло, что оно стояло на вершине холма и было к Богу так близко, как это было возможно, потому что Иисус Христос был распят на нем. Смысл этой истории в том, что когда все идет не так, как ты хочешь, помни, что у Бога есть план для тебя. Если ты доверяешь ему, он даст тебе драгоценные дары. Каждое дерево получило то, что оно просило, но совсем не так, как они себе это представляли. Мы не всегда знаем, какие планы у Бога для нас. Мы всего лишь знаем, что Его пути – не наши пути, но Его пути – всегда лучшие пути!

 

[w1loe]

ПРИЗВАНИЕ

Художником он стал просто потому, что после школы надо было куда-то поступать. Он знал, что работа должна приносить удовольствие, а ему нравилось рисовать – так и был сделан выбор: он поступил в художественное училище.

К этому времени он уже знал, что изображение предметов называется натюрморт, природы – пейзаж, людей – портрет, и еще много чего знал из области избранной профессии. Теперь ему предстояло узнать еще больше. «Для того, чтобы импровизировать, сначала надо научиться играть по нотам, — объявил на вводной лекции импозантный преподаватель, известный художник. – Так что приготовьтесь, будем начинать с азов».

Он начал учиться «играть по нотам». Куб, шар, ваза… Свет, тень, полутень… Постановка руки, перспектива, композиция… Он узнал очень много нового – как натянуть холст и самому сварить грунт, как искусственно состарить полотно и как добиваться тончайших цветовых переходов… Преподаватели его хвалили, а однажды он даже услышал от своего наставника: «Ты художник от бога!». «А разве другие – не от бога?», — подумал он, хотя, чего скрывать, было приятно.

Но вот веселые студенческие годы остались позади, и теперь у него в кармане был диплом о художественном образовании, он много знал и еще больше умел, он набрался знаний и опыта, и пора было начинать отдавать. Но… Что-то у него пошло не так.

Нет, не то чтобы ему не творилось. И не то чтобы профессия разонравилась. Возможно, он просто повзрослел и увидел то, чего раньше не замечал. А открылось ему вот что: кругом кипела жизнь, в которой искусство давно стало товаром, и преуспевал вовсе не обязательно тот, кому было что сказать миру – скорее тот, кто умел грамотно подавать и продавать свое творчество, оказаться в нужное время, в нужном месте, с нужными людьми. Он, к сожалению, так этому и не научился. Он видел, как его товарищи мечутся, ищут себя и свое место под солнцем, а некоторые в этих метаниях «ломаются», топят невостребованность и неудовлетворенность в алкоголе, теряют ориентиры, деградируют… Он знал: часто творцы опережали свою эпоху, и их картины получали признание и хорошую цену только после смерти, но это знание мало утешало.

Он устроился на работу, где хорошо платили, целыми днями разрабатывал дизайн всевозможных буклетов, визиток, проспектов, и даже получал от этого определенное удовлетворение, а вот рисовал все меньше и неохотнее. Вдохновение приходило все реже и реже. Работа, дом, телевизор, рутина… Его все чаще посещала мысль: «Разве в этом мое призвание? Мечтал ли я о том, чтобы прожить свою жизнь вот так, «пунктиром», словно это карандашный набросок? Когда же я начну писать свою собственную картину жизни? А если даже и начну – смогу ли? А как же «художник от бога»?». Он понимал, что теряет квалификацию, что превращается в зомби, который изо дня в день выполняет набор определенных действий, и это его напрягало.

Чтобы не сойти с ума от этих мыслей, он стал по выходным отправляться с мольбертом в переулок Мастеров, где располагались ряды всяких творцов-умельцев. Вязаные шали и поделки из бересты, украшения из бисера и лоскутные покрывала, глиняные игрушки и плетеные корзинки – чего тут только не было! И собратья-художники тоже стояли со своими нетленными полотнами, в больших количествах. И тут была конкуренция…

Но он плевал на конкуренцию, ему хотелось просто творить… Он рисовал портреты на заказ. Бумага, карандаш, десять минут – и портрет готов. Ничего сложного для профессионала – тут всего и требуется уметь подмечать детали, соблюдать пропорции да слегка польстить заказчику, так, самую малость приукрасить натуру. Он это делал умело, его портреты людям нравились. И похоже, и красиво, лучше, чем в жизни. Благодарили его часто и от души.

Теперь жить стало как-то веселее, но он отчетливо понимал, что это «живописание» призванием назвать было бы как-то… чересчур сильно. Впрочем, все-таки лучше, чем ничего.

Однажды он сделал очередной портрет, позировала ему немолодая длинноносая тетка, и пришлось сильно постараться, чтобы «сделать красиво». Нос, конечно, никуда не денешь, но было в ее лице что-то располагающее (чистота, что ли?), вот на это он и сделал акцент. Получилось неплохо.

- Готово, — сказал он, протягивая портрет тетке. Та долго его изучала, а потом подняла на него глаза, и он даже заморгал – до того пристально она на него смотрела.

- Что-то не так? – даже переспросил он, теряясь от ее взгляда.

- У вас призвание, — сказала женщина. – Вы умеете видеть вглубь…

- Ага, глаз-рентген, — пошутил он.

- Не то, — мотнула головой она. – Вы рисуете как будто душу… Вот я смотрю и понимаю: на самом деле я такая, как вы нарисовали. А все, что снаружи – это наносное. Вы словно верхний слой краски сняли, а под ним – шедевр. И этот шедевр – я. Теперь я точно знаю! Спасибо.

- Да пожалуйста, — смущенно пробормотал он, принимая купюру – свою привычную таксу за блиц-портрет.

Тетка была, что и говорить, странная. Надо же, «душу рисуете»! Хотя кто его знает, что он там рисовал? Может, и душу… Ведь у каждого есть какой-то внешний слой, та незримая шелуха, которая налипает в процессе жизни. А природой-то каждый был задуман как шедевр, уж в этом он как художник был просто уверен!

Теперь его рисование наполнилось каким-то новым смыслом. Нет, ничего нового в технологию он не привнес – те же бумага и карандаш, те же десять минут, просто мысли его все время возвращались к тому, что надо примериться и «снять верхний слой краски», чтобы из-под него освободился неведомый «шедевр». Кажется, получалось. Ему очень нравилось наблюдать за первой реакцией «натуры» — очень интересные были лица у людей.

Иногда ему попадались такие «модели», у которых душа была значительно страшнее, чем «внешний слой», тогда он выискивал в ней какие-то светлые пятна и усиливал их. Всегда можно найти светлые пятна, если настроить на это зрение. По крайней мере, ему еще ни разу не встретился человек, в котором не было бы совсем ничего хорошего.

- Слышь, братан! – однажды обратился к нему крепыш в черной куртке. – Ты это… помнишь, нет ли… тещу мою рисовал на прошлых выходных.

Тещу он помнил, на старую жабу похожа, ее дочку – постареет, крысой будет, и крепыш с ними был, точно. Ему тогда пришлось напрячь все свое воображение, чтобы превратить жабу в нечто приемлемое, увидеть в ней хоть что-то хорошее.

- Ну? – осторожно спросил он, не понимая, куда клонит крепыш.

- Так это… Изменилась она. В лучшую сторону. Как на портрет посмотрит – человеком становится. А так, между нами, сколько ее знаю, жаба жабой…

Художник невольно фыркнул: не ошибся, значит, точно увидел…

- Ну дык я тебя спросить хотел: можешь ее в масле нарисовать? Чтобы уже наверняка! Закрепить эффект, стало быть… За ценой не постою, не сомневайся!

- А чего ж не закрепить? Можно и в масле, и в маринаде, и в соусе «майонез». Только маслом не рисуют, а пишут.

- Во-во! Распиши ее в лучшем виде, все оплачу по высшему разряду!

Художнику стало весело. Прямо «портрет Дориана Грея», только со знаком плюс! И раз уж предлагают – отчего не попробовать?

Попробовал, написал. Теща осталась довольна, крепыш тоже, а жена его, жабина дочка, потребовала, чтобы ее тоже запечатлели в веках. От зависти, наверное. Художник и тут расстарался, вдохновение на него нашло – усилил сексуальную составляющую, мягкости добавил, доброту душевную высветил… Не женщина получилась – царица!

Видать, крепыш был человеком широкой души и впечатлениями в своем кругу поделился. Заказы посыпались один за другим. Молва пошла о художнике, что его портреты благотворно влияют на жизнь: в семьях мир воцаряется, дурнушки хорошеют, матери-одиночки вмиг замуж выходят, у мужиков потенция увеличивается.

Теперь не было времени ходить по выходным в переулок Мастеров, да и контору свою оставил без всякого сожаления. Работал на дому у заказчиков, люди все были богатые, платили щедро, передавали из рук в руки. Хватало и на краски, и на холсты, и на черную икру, даже по будням. Квартиру продал, купил побольше, да с комнатой под мастерскую, ремонт хороший сделал. Казалось бы, чего еще желать? А его снова стали посещать мысли: неужели в этом его призвание – малевать всяких «жаб» и «крыс», изо всех сил пытаясь найти в них хоть что-то светлое? Нет, дело, конечно, хорошее, и для мира полезное, но все-таки, все-таки… Не было у него на душе покоя, вроде звала она его куда-то, просила о чем-то, но вот о чем? Не мог расслышать.

Однажды его неудержимо потянуло напиться. Вот так вот взять – и в драбадан, чтобы отрубиться и ничего потом не помнить. Мысль его напугала: он хорошо знал, как быстро люди творческие добираются по этому лихому маршруту до самого дна, и вовсе не хотел повторить их путь. Надо было что-то делать, и он сделал первое, что пришло в голову: отменил все свои сеансы, схватил мольберт и складной стул и отправился туда, в переулок Мастеров. Сразу стал лихорадочно работать – делать наброски улочки, людей, парка, что через дорогу. Вроде полегчало, отпустило…

- Простите, вы портреты рисуете? Так, чтобы сразу, тут же получить, – спросили его. Он поднял глаза – рядом женщина, молодая, а глаза вымученные, словно выплаканные. Наверное, умер у нее кто-то, или еще какое горе…

- Рисую. Десять минут – и готово. Вы свой портрет хотите заказать?

- Нет. Дочкин.

Тут он увидел дочку – поперхнулся, закашлялся. Ребенок лет шести от роду был похож на инопланетянчика: несмотря на погожий теплый денек, упакован в серый комбинезон, и не поймешь даже, мальчик или девочка, на голове – плотная шапочка-колпачок, на лице – прозрачная маска, и глаза… Глаза старичка, который испытал много-много боли и готовится умереть. Смерть в них была, в этих глазах, вот что он там явственно узрел.

 

[w1loe]

Продолжение

Он не стал ничего больше спрашивать. Таких детей он видел по телевизору и знал, что у ребенка, скорее всего, рак, радиология, иммунитет на нуле – затем и маска, и что шансов на выживание – минимум. Неизвестно, почему и откуда он это знал, но вот как-то был уверен. Наметанный глаз художника, подмечающий все детали… Он бросил взгляд на мать – да, так и есть, она знала. Внутренне уже готовилась. Наверное, и портрет захотела, потому что последний. Чтоб хоть память была…

- Садись, принцесса, сейчас я тебя буду рисовать, — сказал он девочке-инопланетянке. – Только смотри, не вертись и не соскакивай, а то не получится.

Девочка вряд ли была способна вертеться или вскакивать, она и двигалась-то осторожно, словно боялась, что ее тельце рассыплется от неосторожного движения, разлетится на мелкие осколки. Села, сложила руки на коленях, уставилась на него своими глазами мудрой черепахи Тортиллы, и терпеливо замерла. Наверное, все детство по больницам, а там терпение вырабатывается быстро, без него не выживешь.

Он напрягся, пытаясь разглядеть ее душу, но что-то мешало – не то бесформенный комбинезон, не то слезы на глазах, не то знание, что старые методы тут не подойдут, нужно какое-то принципиально новое, нетривиальное решение. И оно нашлось! Вдруг подумалось: «А какой она могла бы быть, если бы не болезнь? Не комбинезон дурацкий, а платьице, не колпак на лысой головенке, а бантики?». Воображение заработало, рука сама по себе стала что-то набрасывать на листе бумаги, процесс пошел.

На этот раз он трудился не так, как обычно. Мозги в процессе точно не участвовали, они отключились, а включилось что-то другое. Наверное, душа. Он рисовал душой, так, как будто этот портрет мог стать последним не для девочки, а для него лично. Как будто это он должен был умереть от неизлечимой болезни, и времени оставалось совсем чуть-чуть, может быть, все те же десять минут.

- Готово, — сорвал он лист бумаги с мольберта. – Смотри, какая ты красивая!

Дочка и мама смотрели на портрет. Но это был не совсем портрет и не совсем «с натуры». На нем кудрявая белокурая девчонка в летнем сарафанчике бежала с мячом по летнему лугу. Под ногами трава и цветы, над головой – солнце и бабочки, улыбка от уха до уха, и энергии – хоть отбавляй. И хотя портрет был нарисован простым карандашом, почему-то казалось, что он выполнен в цвете, что трава – зеленая, небо – голубое, мяч – оранжевый, а сарафанчик – красный в белый горох.

- Я разве такая? – глухо донеслось из-под маски.

- Такая-такая, — уверил ее художник. – То есть сейчас, может, и не такая, но скоро будешь. Это портрет из следующего лета. Один в один, точнее фотографии.

Мама ее закусила губу, смотрела куда-то мимо портрета. Видать, держалась из последних сил.

- Спасибо. Спасибо вам, — сказала она, и голос ее звучал так же глухо, как будто на ней тоже была невидимая маска. – Сколько я вам должна?

- Подарок, — отмахнулся художник. – Как тебя зовут, принцесса?

- Аня…

Он поставил на портрете свою подпись и название: «Аня». И еще дату – число сегодняшнее, а год следующий.

- Держите! Следующим летом я вас жду. Приходите обязательно!

Мама убрала портрет в сумочку, поспешно схватила ребенка и пошла прочь. Ее можно было понять – наверное, ей было больно, ведь она знала, что следующего лета не будет. Зато он ничего такого не знал, не хотел знать! И он тут же стал набрасывать картинку – лето, переулок Мастеров, вот сидит он сам, а вот по аллее подходят двое – счастливая смеющаяся женщина и кудрявая девочка с мячиком в руках. Он вдохновенно творил новую реальность, ему нравилось то, что получается. Очень реалистично выходило! И год, год написать – следующий! Чтобы чудо знало, когда ему исполниться!

- Творите будущее? – с интересом спросил кто-то, незаметно подошедший из-за спины.

Он обернулся – там стояла ослепительная красавица, вся такая, что и не знаешь, как ее назвать. Ангел, может быть? Только вот нос, пожалуй, длинноват…

- Узнали? – улыбнулась женщина-ангел. – Когда-то вы сотворили мое будущее. Теперь – будущее вот этой девочки. Вы настоящий Творец! Спасибо…

- Да какой я творец? – вырвалось у него. – Так, художник-любитель, несостоявшийся гений… Говорили, что у меня талант от бога, а я… Малюю потихоньку, по мелочам, все пытаюсь понять, в чем мое призвание.

- А вы еще не поняли? – вздернула брови женщина-ангел. – Вы можете менять реальность. Или для вас это не призвание?

- Я? Менять реальность? Да разве это возможно?

- Отчего же нет? Для этого нужно не так уж много! Любовь к людям. Талант. Сила веры. Собственно, все. И это у вас есть. Посмотрите на меня – ведь с вас все началось! Кто я была? И кто я теперь?

Она ободряюще положила ему руку на плечо – словно крылом обмахнула, улыбнулась и пошла.

- А кто вы теперь? – запоздало крикнул он ей вслед.

- Ангел! – обернулась на ходу она. – Благодарю тебя, Творец!

… Его и сейчас можно увидеть в переулке Мастеров. Старенький мольберт, складной стульчик, чемоданчик с художественными принадлежностями, большой зонт… К нему всегда очередь, легенды о нем передаются из уст в уста. Говорят, что он видит в человеке то, что спрятано глубоко внутри, и может нарисовать будущее. И не просто нарисовать – изменить его в лучшую сторону. Рассказывают также, что он спас немало больных детей, переместив их на рисунках в другую реальность. У него есть ученики, и некоторые переняли его волшебный дар и тоже могут менять мир. Особенно выделяется среди них белокурая кудрявая девочка лет четырнадцати, она умеет через картины снимать самую сильную боль, потому что чувствует чужую боль как свою.

А он учит и рисует, рисует… Никто не знает его имени, все называют его просто – Творец. Что ж, такое вот у человека призвание…

 

[w1loe]

Жили-были на свете обыкновенные муж и жена. Звали жену Елена, звался муж Иваном.
Возвращался муж с работы, в кресло у телевизора садился, газету читал. Жена его, Елена, ужин готовила. Подавала мужу ужин и ворчала, что по дому он ничего путного не делает, денег мало зарабатывает… Ивана раздражало ворчание жены. Но грубостью он ей не отвечал, лишь думал про себя: «Сама — лахудра неопрятная, а еще указывает. Когда женился только, совсем другой была — красивой, ласковой».
Однажды, когда ворчавшая жена потребовала, чтобы Иван мусор вынес, он, с неохотой оторвавшись от телевизора, пошел во двор. Возвращаясь, остановился у дверей дома и мысленно обратился к Богу:
— Боже мой, Боже мой! Нескладная жизнь у меня сложилась. Неужто век мне весь свой коротать с такой женой ворчливой да некрасивой? Это же не жизнь, а мучения сплошные.
И вдруг услышал Иван тихий голос Божий:
— Беде твоей, сын Мой, помочь Я смог бы: прекрасную богиню тебе в жены дать, но коль соседи изменения внезапные в судьбе твоей увидят, в изумление великое придут. Давай поступим так: твою жену Я буду постепенно изменять, вселять в нее богини дух и внешность улучшать. Но только ты запомни, коль хочешь жить с богиней, жизнь и твоя достойною богини стать должна.
— Спасибо, Боже. Жизнь свою любой мужик ради богини может поменять. Скажи мне только: изменения когда начнешь с моей женой творить?
— Слегка Я изменю ее прямо сейчас. И с каждою минутой буду ее к лучшему менять.
Вошел в свой дом Иван, сел в кресло, взял газету и телевизор вновь включил. Да только не читается ему, не смотрится кино. Не терпится взглянуть — ну хоть чуть-чуть меняется его жена?
Он встал, открыл дверь в кухню, плечом оперся о косяк и стал внимательно разглядывать свою жену. К нему спиной она стояла, посуду мыла, что после ужина осталась.
Елена вдруг почувствовала взгляд и повернулась к двери. Их взгляды встретились. Иван разглядывал жену и думал: «Нет, изменений никаких в моей жене не происходит».
Елена, видя необычное внимание мужа и ничего не понимая, вдруг волосы свои поправила, румянец вспыхнул на щеках, когда спросила:
— Что ты, Иван, так смотришь на меня внимательно?
Муж не придумал, что сказать, смутившись сам, вдруг произнес:
— Тебе посуду, может быть, помочь помыть? Подумал почему-то я…
— Посуду? Мне помочь? — тихо переспросила удивленная жена, снимая перепачканный передник,— так я ее уже помыла.
«Ну, надо же, как на глазах меняется она, — Иван подумал, — похорошела вдруг».
И стал посуду вытирать.
На другой день после работы с нетерпением домой спешил Иван. Ох, не терпелось посмотреть ему, как постепенно в богиню превращают его ворчливую жену.
«А вдруг уже богини много стало в ней? А я по-прежнему никак не изменился. На всякий случай, прикуплю-ка я цветов, чтоб в грязь лицом перед богиней не ударить».
Открылась в доме дверь, и растерялся завороженный Иван. Перед ним Елена стояла в платье выходном, том самом, что купил он год назад. Прическа аккуратная и лента в волосах. Он растерялся и неловко протянул цветы, не отрывая взгляда от Елены.
Она цветы взяла и охнула слегка, ресницы опустив, зарделась.
«Ах, как прекрасны у богинь ресницы! Как кроток их характер! Как необычна внутренняя красота и внешность!».
И охнул в свою очередь Иван, увидев стол с приборами, что из сервиза, и две свечи горели на столе, и два бокала, и пища ароматами божественными увлекала.
Когда за стол он сел, напротив жена Елена тоже села, но вдруг вскочила, говоря:
— Прости, я телевизор для тебя включить забыла, а вот газеты свежие тебе приобрела.
— Не надо телевизора, газеты тоже мне не хочется читать, все об одном и том же в них, — Иван ответил искренне,— ты лучше расскажи — как день субботний, завтрашний хотела б провести.
Совсем опешив, Елена переспросила:
— А ты?
— Да два билета в театр по случаю для нас купил. Но днем, быть может, согласишься ты пройтись по магазинам. Раз нам театр придется посетить, так надо в магазин зайти сначала и платье для театра для тебя достойное купить.
Чуть не сболтнул Иван заветные слова: «платье, достойное богини», смутился, на нее взглянул и снова охнул. Перед ним сидела за столом богиня. Лицо ее сияло счастьем, и глаза блестели. Улыбка затаенная немножко вопросительной была.
«О Боже, как прекрасны все-таки богини! А если хорошеет с каждым днем она, сумею ль я достойным быть богини? — думал Иван, и вдруг, как молния его пронзила мысль: Надо успеть! Успеть, пока богиня рядом. Надо просить ее и умолять ребенка от меня родить. Ребенок будет от меня и от прекраснейшей богини».
— О чем задумался, Иван, или волненье вижу на твоем лице? — Елена спрашивала мужа.
А он сидел взволнованный, не зная, как сказать о сокровенном. И шутка ли — просить ребенка у богини?! Такой подарок Бог ему не обещал. Не знал, как о своем желании сказать Иван, и встал, скатерку теребя, и вымолвил, краснея:
— Не знаю… Можно ли… Но я… сказать хотел… Давно… Да, я хочу ребенка от тебя, прекрасная богиня.
Она, Елена к Ивану-мужу, подошла. Из глаз, наполненных любовью, счастливая слеза на щеку алую скатилась. И на плечо Ивану руку положила, дыханьем жарким обожгла.
«Ах, ночь была! Ах, это утро! Этот день! О, как прекрасна жизнь с богиней!» — думал Иван, второго внука на прогулку одевая.

Владимир Мегре "Энергия жизни"

 

[w1loe]

По залитому солнцем лугу бегала Девочка. На ней было белое кружевное платьице, на кудряшках розовые бантики, а в руках она держала сачок, чтобы ловить бабочек. Ей было весело и хорошо. И тут на большом зелёном листе лопуха она увидела огромную Жабу, покрытую бородавками.
- Какая мерзкая жаба, - с отвращением сказала Девочка.
- Кхе-кхе, - прокашлялась Жаба. - А ты в курсе, что я принц заколдованный?
- Не может быть, - недоверчиво сказала Девочка.
- Правда-правда, - подтвердила Жаба. - Злая ведьма заколдовала меня и мое огромное Королевство. Я молод, прекрасен и богат. Если ты расколдуешь меня, я возьму тебя в жены, и мы будем жить долго и счастливо. Я буду носить тебя на руках и каждый день дарить цветы.
- А как тебя расколдовать? - спросила Девочка.
- Это не просто, ведь злая ведьма наложила сложное заклятие. Ты должна взять меня домой, чтобы я спал в твоей мягкой постельке и целовать меня каждый день. Кормить с ложечки и выносить погулять. И тогда всё случится. Однажды утром ты увидишь рядом не мерзкую жабу, а красивого принца. А жизнь твоя станет счастливой и безмятежной.
Девочка зачарованно слушала Жабу. Она смотрела на кожу, покрытую бородавками, на огромные, навыкате глаза, узкую щель рта, а видела высокого статного мужчину с копной чёрных волос и лукавым прищуром зелёных глаз. Рядом с ним она видела себя - в пышном белом платье в красивом замке, слышала слова любви...
Преодолев отвращение, Девочка опустилась на колени, посадила Жабу в подол платья и унесла к себе домой. С того дня жизнь Девочки изменилась. Она больше не бегала на солнечном лугу за бабочками, не пела и не веселилась. Она ухаживала за Жабой. Жаба оказалась очень капризной: она требовала круассанов на завтрак и спагетти с соусом бешамель на ужин, она хотела спать в постели Девочки, а ещё она оставляла слизкие следы на полу и на постели, и Девочке приходилось постоянно мыть полы и стирать бельё.
Она перестала завязывать бантики и надевать красивое кружевное платьице. От стирки руки ее покраснели и очень болели. А Жаба продолжала оставаться большой и мерзкой Жабой и никак не превращалась в того красивого принца. Иногда Девочка смотрела на нее и очень хотела выбросить из своего домика, чтобы жить как прежде, но она боялась ошибиться. А вдруг осталось совсем немного? А вдруг уже завтра она проснется и увидит рядом не мерзкое земноводное, а зеленоглазого брюнета?
Так прошло несколько месяцев. Мало кто узнал бы в этой замученной замарашке некогда веселую и беззаботную Девочку. Теперь всем распоряжалась Жаба. А Девочка только обслуживала её и делала грязную работу по дому.
Однажды Жаба накричала на неё за то, что она слишком долго несла ей обед. Девочка вышла из домика и заплакала. Она сидела на крыльце и горько рыдала. Её увидела Птичка, что пела на ветке.
- Почему ты плачешь? - спросила её Птичка.
- В моем доме живет мерзкая Жаба, которая кричит на меня. Целый день я мою, убираю и готовлю ей есть. Я очень устала и не хочу так больше.
- А чей это дом? – спросила Птичка.
- Мой, - ответила Девочка, вытирая слезы.
- А кто принес к тебе домой эту Жабу?
- Я сама, - грустно сказала Девочка.
- Зачем? – удивилась Птичка.
- Она обещала мне, что превратится в принца, если я буду ухаживать за ней. Но прошло уже много месяцев, а ничего не изменилось.
- Почему бы тебе тогда не выбросить Жабу из дома?
- А вдруг это правда? И уже скоро она превратится в принца? И я не дождусь совсем немного? Я так много сил потратила уже. Будет обидно, что я не дождалась совсем чуть-чуть.
- А если ты проведешь всю жизнь, ухаживая за Жабой, которая никогда не превратится в принца? – спросила Птичка.
Девочка задумалась.
- Если бы я знала точно..., - проговорила она.
Тут Девочка подняла голову и её глаза просияли:
- А не сходить ли мне к старой Ведьме, что живёт за лесом? Она стара и мудра, может она скажет мне: станет Жаба принцем или нет?
Девочка обрадовалась и немедленно пошла к Ведьме. Старая Ведьма жила за лесом в покосившейся избушке.
- Мне бы узнать, - рассказывала ей Девочка. - Не упущу ли я возможность выйти замуж за принца.
Ведьма взяла куриные потроха, глаза летучих мышей и болотную траву и стала гадать. Она трясла седой головой и смотрела в свой горшочек, над которым поднимался густой вонючий пар.
- Это просто жаба, - сказала она, наконец. - Не трать своё время. Она никогда не станет принцем.
Девочка грустно вышла от колдуньи. Она шла какое-то время, опустив голову, и тут ей пришла в голову идея.
- Ведьма может ошибаться. Что знает эта старуха о принцах? Мне нужно сходить к доброй Волшебнице! Она-то скажет мне точно!
Добрая Волшебница жила в красивом замке со стрельчатыми окошками и высокими башнями.
- Я так устала, - говорила ей девочка. - Но я боюсь, что если прогоню Жабу, то никогда не выйду замуж за Принца!
Волшебница покачала головой и попросила один день. Она гадала по лунному свету и звёздам, выводила сложные формулы из облачных завитков и белых ромашек. И на следующий день она вынесла свой вердикт:
- Это просто жаба, - сказала она девочке. - Она никогда не станет принцем. Тебе лучше отнести ее обратно на луг.
Девочка молча выслушала Волшебницу и ушла. Но внутри она кипела от возмущения:
- Они мне завидуют! - воскликнула она, выйдя на улицу. - Конечно, всем хочется выйти замуж за Принца. Я лучше их знаю! Я же чувствую, что делаю это не напрасно.
И Девочка вернулась к Жабе. Она выслушала много неприятных слов за то, что ушла надолго и не кормила Жабу это время. Отмыла дом от слизи, приготовила обед и искупала Жабу. Жаба была довольна. Большая, буро-зеленая, в бородавках, она лежала на кружевной подушке в кровати Девочки. Сама Девочка не могла спать с Жабой и уже давно уступила ей свое место. Она спала на узкой кушетке на кухне. Перед сном она, как обычно, думала о том, как прекрасна станет её жизнь, когда Жаба превратится в Принца. Она придумывала имена своим детям, размышляла, какие цветы будут расти в её саду. В этих сладких мыслях она и уснула.
И приснился ей сон: вот идёт она по тропинке к своему домику и видит, что весь он обветшал и обвалился, окна пыльные и тёмные, а на крыльце у домика сидит старуха. Страшная и лохматая, похожая на лесную ведьму. И вот старуха смотрит на неё и манит её к себе крючковатым пальцем, а Девочка и хочет убежать, да ноги не слушаются. Подходит она к старухе, а та смотрит на неё своими блеклыми выцветшими глазами и спрашивает:
- Узнаешь меня?
- Нет, - отвечает ей Девочка с испугом. - Я никогда не видела тебя прежде.
- Кхе-кхе, - кашляет старуха. - Я - это ты. Много лет я ухаживала за Жабой и ждала, что она станет принцем. Мне все говорили, что это просто Жаба, но я никому не верила. Я верила только Жабе. Я очень хотела выйти замуж за принца. И я очень боялась, что если прогоню Жабу, то этого никогда не случится. Так прошло много лет, а вчера Жаба умерла. Просто умерла от старости. И я долго плакала о том, что никогда уже не произойдет. О своей жизни, которую потратила на то, чтобы ухаживать за ней. Я плакала о том, что стала стара и не могу как прежде бегать по лугу и ловить бабочек. И о принце, за которого никогда не выйду замуж.
- Посмотри на меня, посмотри! - стала кричать старуха. - Я - твоё будущее!
- Нет, нет, - закричала Девочка. Она хотела убежать, но ноги не слушались её и она только закрывала глаза руками и кричала: - Нет, нет!!
- Ты мешаешь мне спать, - услышала она скрипучий голос. Открыла глаза и увидела, что спит на кушетке, а Жаба сидит на полу и смотрит на неё.
- Отнеси меня в кроватку и веди себя тихо! - велела Жаба.
Девочка смотрела на неё и в голове ее крутились одна за другой фразы, которые ей говорили Птичка, Ведьма, Волшебница и эта старуха в её сне:
- Это просто Жаба!
Она встала с постели, взяла в руки Жабу, подошла к двери и открыла её.
Жаба почувствовала неладное:
- Эй! Куда ты несёшь меня?! - вопила она.
Девочка открыла дверь, широко размахнулась и бросила Жабу так далеко, как только могла.
- Уходи! - крикнула она. - И не возвращайся. Я больше никогда не буду кормить тебя и класть на свою постель! Это мой дом, и я буду делать то, что нравится мне. Я снова буду бегать по лугу, ловить бабочек и радоваться жизни! Я не верю твоим обещаниям. Ты просто Жаба!
Она закрыла дверь и впервые за многие месяцы улыбнулась

 

[w1loe]

Притча "Счастлив дающий".

Молодой студент вышел на прогулку со своим преподавателем. Во время прогулки на другой стороне улицы студент увидел старую пару обуви, которая, по-видимому,
принадлежала бедному крестьянину, работающему неподалеку в поле и уже заканчивающему свою работу.

Студент сказал профессору:
- Давай, подшутим над этим крестьянином. Мы спрячем его обувь и будем тайно наблюдать, что он будет делать.
Профессор ему ответил:
- Юноша, никогда не подшучивай над чужим горем и бедой. Но поскольку ты богат, то можешь получить удовольствие от следующего: положи по одной золотой монете в каждый
башмак, а потом мы с тобой спрячемся за кустами и будем наблюдать его реакцию.

Студент так и сделал, и они оба спрятались за ближайшими кустами. Крестьянин закончил свою работу и вскоре пришел с поля на то место, где он оставил свою обувь и
пальто.

Пока он обувался, почувствовал, что что-то есть в его башмаке. Сначала подумал, что камень, но скоро понял, что это золотая монета. Он изумился, увидев золотую монету,
посмотрел вокруг и некоторое время находился в задумчивости. Снова посмотрел вокруг себя, но никого не увидел. Положил монету в карман и начал обувать другой башмак,
но, к своему удивлению, нашел и там золотую монету.
Внезапно он расчувствовался, упал на колени, поднял голову к небу и начал молиться и благодарить.

В своей молитве он вспомянул тяжело больную жену, детей, которым нечего есть, а сейчас, благодаря невидимой руке, которая ему дала монеты, они в конце концов будут
спасены.
Студент стоял, глубоко потрясенный увиденным, его глаза были полны слез. Профессор его спросил:
- Если бы ты пошутил так, как хотел, был ли ты тогда более счастлив, чем сейчас?

Юноша ответил:
- Профессор, вы мне дали урок, который я никогда не забуду! Сейчас я понимаю слова, которые не понимал раньше: больше благословлен тот, кто дает, чем тот, кто получает.

 

[w1loe]

Однажды пожилому священнику задали вопрос:
— Почему бедные люди отзывчивые на чужую беду, а богатые нет?

— Посмотри в окно, — ответил тот, — что ты видишь?

— Вижу деревья, автомобиль, дети гуляют...

— А теперь посмотри в зеркало, — продолжал священник, — что там?

— Что я могу там видеть? Только себя самого.

— Так вот, — серьезно сказал священник, — и там и тут простое стекло, но второе стекло немного припудрено серебром

 

[w1loe]

Однажды один человек сидел около оазиса, у входа в один ближневосточный город. К нему подошел юноша и спросил: «Я ни разу здесь не был. Какие люди живут в этом городе?»
Старик ответил ему вопросом: «А какие люди были в том городе, из которого ты ушел?» – «Это были эгоистичные и злые люди. Впрочем, именно поэтому я с радостью уехал оттуда». – «Здесь ты встретишь точно таких же», – ответил ему старик.
Немного погодя, другой человек приблизился к этому месту и задал тот же вопрос: «Я только что приехал. Скажи, старик, какие люди живут в этом городе?»
Старик ответил тем же: «А скажи, сынок, как вели себя люди в том городе, откуда ты пришел?» – «О, это были добрые, гостеприимные и благородные души. У меня там осталось много друзей, и мне нелегко было с ними расставаться». – «Ты найдешь таких же и здесь», – ответил старик.
Купец, который невдалеке поил своих верблюдов, слышал оба диалога. И как только второй человек отошел, он обратился к старику с упреком: «Как ты можешь двум людям дать два совершенно разных ответа на один и тот же вопрос?»
«Сын мой, – говорит старик, – каждый носит свой мир в своем сердце. Тот, кто в прошлом не нашёл ничего хорошего в тех краях, откуда он пришёл, и здесь не найдёт ничего. А тот, у кого были друзья в другом городе, и здесь тоже найдёт верных и преданных друзей. Ибо, видишь ли, окружающие нас люди становятся тем, что мы находим в них...»

 

[w1loe]

Притча о багаче и Лазаре.
Некоторый человек был богат, одевался в порфиру и виссон и каждый день пиршествовал блистательно. Был также некоторый нищий, именем Лазарь, который лежал у ворот его в струпьях и желал напитаться крошками, падающими со стола богача, и псы, приходя, лизали струпья его. Умер нищий и отнесён был Ангелами на лоно Авраамово. Умер и богач, и похоронили его. И в аде, будучи в муках, он поднял глаза свои, увидел вдали Авраама и Лазаря на лоне его и, возопив, сказал: отче Аврааме! умилосердись надо мною и пошли Лазаря, чтобы омочил конец перста своего в воде и прохладил язык мой, ибо я мучаюсь в пламени сем. Но Авраам сказал: чадо! вспомни, что ты получил уже доброе твое в жизни твоей, а Лазарь - злое; ныне же он здесь утешается, а ты страдаешь; и сверх всего того между нами и вами утверждена великая пропасть, так что хотящие перейти отсюда к вам не могут, также и оттуда к нам не переходят. Тогда сказал он: так прошу тебя, отче, пошли его в дом отца моего, ибо у меня пять братьев; пусть он засвидетельствует им, чтобы и они не пришли в это место мучения. Авраам сказал ему: у них есть Моисей и пророки; пусть слушают их. Он же сказал: нет, отче Аврааме, но если кто из мертвых придёт к ним, покаются. Тогда [Авраам] сказал ему: если Моисея и пророков не слушают, то если бы кто и из мёртвых воскрес, не поверят

 

[w1loe]

Профессор начал занятие с того, что взял в руки стакан с водой и спросил сидящих в аудитории студентов:
– Кто знает, каков вес этого стакана?


Студенты зашептались.
– Около двухсот грамм! Триста! Четыреста! – слышались выкрики.
– Честно, я и сам не знаю точного ответа, – сказал профессор. – Но это сейчас не главное. У меня такой вопрос: что будет, если я буду держать этот стакан в вытянутой руке 2 минуты?
– Ничего, – удивленно ответили студенты.
– Действительно ничего, – продолжал профессор. – А если 2 часа?
– У вас заболит рука, – выкрикнул студент.

– А если я буду держать его в вытянутой руке целый день?
– Скорее всего, рука онемеет. И высока вероятность мышечного расстройства.
– А как вы думаете, изменится ли вес этого стакана от того, что я его целый день буду держать?
– Нет, не изменится, – удивленно переглянулись студенты.

– И что же сделать, чтобы исправить эту ситуацию?
– Просто поставить стакан на стол, – предположил один из студентов.
– Вот именно! – воскликнул профессор. – Запомните, ребята: точно так же нужно поступать с жизненными трудностями. Задумайся о проблеме на 2 минуты – и она окажется рядом с тобой. Думай над ней 2 часа – и она станет засасывать тебя. Думай о ней целый день – и она парализует тебя. От долгих размышлений «вес» проблемы не уменьшается, а наоборот увеличивается. Только действие позволяет справиться с ними. Очень часто даже самое простое, но своевременное действие лучше бесконечных размышлений. Решите проблему или отложите в сторону, иначе она поглотит вас целиком

 

[w1loe]

«Спокойствие находится внутри вас. Не ищите его вовне». – Будда


Один богатый человек захотел повесить в своем доме картину, при одном взгляде на которою ему становилось бы спокойно на душе. И за самую «спокойную» картину он пообещал заплатить один миллион. Узнав об этом, художники из разных стран стали присылать ему свои работы. Просмотрев тысячи картин, богач выбрал только две, показавшиеся ему самыми удачными.

Первая была светлой, радужной и умиротворяющей. На ней художник изобразил абсолютно идиллический пейзаж: кристально чистое голубое озеро ярко блестело под лучами летнего солнца, деревья, стоящие вокруг, тянулись ветвями к воде; водную гладь рассекали величественные белые лебеди, а на горизонте виднелась деревушка и пасущиеся на лугу грациозные лошади.

Вторая картина кардинально отличалась от первой. На ней были скалы, у подножья которых бушевало море. Штормовые волны были такими высокими, что достигали середины утеса. Низкие темно-серые облака закрыли небо, а на вершине обрыва виднелись пугающие силуэты деревьев, озаряемые вспышками молний.

Назвать эту картину спокойной было нельзя. Но, если приглядеться, то можно было заметить небольшой куст, выросший из щели в скале. На нем было свито небольшое гнездо, внутри которого сидела крошечная белая птица. Она с гордым и невозмутимым видом высиживала своих птенцов, совершенно не беспокоясь из-за окружающего ее безумия.


Какую картину выбрал богач? Конечно же, вторую. Потому что она излучает спокойствие гораздо сильнее, чем первая. Ведь настоящий покой проявляется не тогда, когда вокруг все тихо и безмятежно, а тогда, когда, несмотря на все, что происходит вокруг, ты продолжаешь сохранять спокойствие внутри себя

 

[w1loe]

Притча о том, как реагировать на зависть, злость и оскорбления окружающих.

Жил-был старый мудрый самурай. У него была группа учеников и он обучал их мудрости и боевому ремеслу. Однажды во время занятий к нему зашел молодой воин, прославившийся своей неучтивостью и жестокостью.

Его излюбленной тактикой был прием провокации: он оскорблял противника, тот выходил из себя, принимал вызов, но в ярости совершал одну ошибку за другой и проигрывал бой.

Так случилось и на этот раз: воин выкрикнул несколько оскорблений и стал наблюдать за реакцией самурая. Но тот невозмутимо продолжал вести занятие. Так повторилось несколько раз. Когда самурай никак не отреагировал и в третий раз, боец в раздражении ушел прочь.

Ученики внимательно и с интересом наблюдали за процессом. После ухода бойца один из них не выдержал:
– Учитель, зачем вы терпели его нападки? Нужно было вызвать его на бой!

Мудрый самурай ответил:
– Когда вам приносят подарок и вы не принимаете его, кому он принадлежит?
– Своему прежнему хозяину, – ответили ученики.
– То же касается зависти, ненависти и оскорблений. До тех пор, пока ты не примешь их, они принадлежат тому, кто их принёс.

 

[w1loe]

Притча «Только ради любви»

Я иду своей дорогой.
Мой путь — дорога с одной колеей: моей.
Слева бесконечная стена отделяет мою дорогу от дороги человека, проходящего рядом, по другую сторону стены.
Иногда я нахожу в этой стене отверстие, окошко, щель… И могу видеть путь своего соседа или соседки.
Иногда во время пути мне кажется, что я вижу по ту сторону фигуру, которая идет в том же темпе и в том же направлении.
Я приглядываюсь: это женщина. Она прекрасна.
Она тоже меня видит. Она смотрит на меня.
Я снова смотрю на нее.
Я улыбаюсь ей… Она улыбается мне.
Спустя мгновение она продолжает свой путь, и я ускоряю шаг, потому что не хочу потерять ее из виду. Я страстно жажду хотя бы еще одной встречи.
У следующего отверстия в стене я на минутку останавливаюсь.
Когда она подходит, мы вновь смотрим друг на друга. Я знаками показываю ей, что она мне очень нравится.
Она мне отвечает тоже знаками. Я не знаю, означают ли они то же самое, что и мои, но мне кажется, она понимает, что я хочу сказать.
Я готов остановиться надолго, только чтобы смотреть на нее, ловить ее взгляд, смотрящий на меня, но я знаю… нужно продолжать идти своей дорогой.
Я говорю себе, что, может быть, дальше на пути я найду дверь. И смогу открыть ее и встретиться с незнакомкой.
Ничто не придает столько сил и уверенности, как желание, и я спешу найти воображаемую дверь.
Я принимаюсь бежать, не отрывая взгляда от стены.
Через некоторое время я действительно вижу дверь.
Она там, по ту сторону — моя желанная и любимая. Ждет… Она ждет меня…
Я подаю знак. Она отвечает воздушным поцелуем.
Ее жесты манят и зовут. Это все, что мне нужно. Я подхожу к двери, чтобы встретиться с ней.
Дверь очень узкая. Проходит рука, проходит плечо, я немного втягиваю живот, слегка разворачиваюсь, мне почти удается просунуть голову… Но мое правое ухо застревает.
Я отталкиваюсь и снова делаю попытку пролезть сквозь игольное ушко…
Не выходит. Мешает ухо.
Я не могу пригнуть его рукой, даже палец туда не помещается…
Места слишком мало, и я принимаю решение…
Там же, по ту сторону, меня ждет любимая… она там, а я здесь.
(И это та женщина, о которой я мечтал, и она зовет меня…)
Я вынимаю из кармана нож и нахожу в себе силы, чтобы одним ударом отрезать ухо, и тогда все получится, думаю я.
И мне это удается: моя голова, наконец, проходит.
Но затем я вижу, что у меня застряло плечо.
Дверь оказалась странной формы.
Я стараюсь, но ничего не выходит. Одна рука и часть корпуса прошли, вторая же никак не проходит…
Но меня уже невозможно остановить… Она же ждет!
Я отступаю и, не думая о последствиях, разбегаюсь и с силой прорываюсь через дверь.
От такого удара связки моего плеча порвались и рука безжизненно обвисает. Но для меня это кажется счастьем — теперь я, кажется, смогу пройти через дверь… Осталась самая малость.
Почти преодолев преграду, я понимаю, что моя правая нога зацепилась и оказалась по другую сторону.
Сколько бы я ни прилагал усилий, все напрасно.
Не получается. Дверь слишком узкая, чтобы я смог просунуть в нее все свое тело…
Но… сомнения позади — впереди встреча с возлюбленной.
Я не могу отступить… Поэтому я беру топор и, сжав зубы, одним ударом избавляюсь от того, что мне кажется лишним, чтобы перейти Рубикон.
Весь в крови, опираясь на топор, как на костыль, с бездействующей рукой, без уха и ноги я предстаю перед своей любимой.
— Вот и я. Наконец-то я здесь. Вот и встретились. Ты посмотрела на меня, я посмотрел на тебя.
Влюбился.
Я отдал ради тебя все, что только мог.
На войне и в любви все средства хороши. Жертвы не в счет. Они нужны были для того, чтобы встретиться с тобой, чтобы продолжить путь вместе… Вместе навсегда…
Она смотрит на меня, не скрывая гримасы.
На ее лице написано отвращение.
— Не-е-е-т, я так не хочу…
Прежний ты мне нравился больше. Когда был цел и невредим

 

[w1loe]

Притча об унынии «Коллекция Дьявола»



Много лет назад, Дьявол решил похвастаться и выставил на всеобщее обозрение все инструменты своего ремесла. Он аккуратно сложил их в стеклянной витрине и прикрепил к ним ярлыки, чтобы все знали, что это такое, и какова стоимость каждого из них.

Что это была за коллекция! Здесь были и блестящий Кинжал Зависти, и Молот Гнева, и Капкан Жадности. Любовно на полочках были разложены все орудия Страха, Гордыни и Ненависти. Все инструменты лежали на красивых подушечках и вызывали восхищение каждого посетителя Ада.

А на самой дальней полке лежал маленький, неказистый и довольно потрепанный на вид деревянный клинышек с ярлыком «Уныние». На удивление, его стоимость была выше, чем всех остальных инструментов, вместе взятых.

На вопрос, почему Дьявол так высоко ценит этот предмет, тот ответил:

— Это единственный инструмент в моем арсенале, на который я могу положиться, если все остальные окажутся бессильными. – И он с нежностью погладил деревянный клинышек. — Но если мне удается вбить его в голову человека, он открывает двери для всех остальных инструментов…

 

[w1loe]

Поучительная притча о взгляде на жизнь

Жена одного бедного мужчины готовила масло, а он потом продавал его в местную бакалею. Женщина придавала маслу форму круга, вес которого составлял 1 кг. Полученная выручка была неплохим подспорьем для семьи.


Но однажды бакалейщик стал сомневаться в честности бедняка, продававшего ему масло, и решил взвесить купленные круги. Оказалось, что каждый из них весил не килограмм, а 900 грамм. Это очень рассердило мужчину.

На следующее утро, когда тот самый нищий снова пришел в магазин, бакалейщик раздраженно сказал:

— Больше не приноси мне свое масло! Я все равно у тебя ничего не куплю, обманщик! Ты мне говорил, что круги весят по килограмму, тогда как на самом деле в них 900 грамм. Я не позволю себя дурить!

Бедолага заметно раскис, потупил взгляд и сказал:

— У нас, хозяин, нет весов… Мерой мне всегда служил килограмм сахара, который я купил у тебя. По нему мы с женой и делали масло…

Всегда помни, что твоей мерой будут измерять и тебе!